Что такое школа для детей с ограниченными возможностями

Что такое школа для детей с ограниченными возможностями

Дети с ограниченными возможностями здоровья требуют особого подхода.

Для каждого нарушения существует своя схема коррекции и развития.

Поэтому школы для таких детей делятся на виды в соответствии с нарушениями в здоровье и его степенью.

Что представляют собой данные учебные заведения

К сожалению, в последние годы эта проблема становится актуальнее, так как число детей-инвалидов и детей с ОВЗ только растет. Закон «Об образовании» предусматривает равные возможности в получении образования для всех несовершеннолетних, независимо от состояния здоровья и нарушений их психофизического состояния. Обеспечить им эту возможность призваны специальные коррекционные учебные заведения.

Особенность таких учреждений состоит в том, что для обучаемых в них создается особая развивающая среда, которая способствует получению образования, соответствующему специальной программе. Кроме того, здесь применяются специфические методики воспитания и развития, созданы все условия для лечения и исправления нарушений развития. Большое значение придается социализации таких деток, их самореализации в профессиональной или социальной деятельности.

Направлять ребенка на обучение в такой школе специальная комиссия может только после психолого-медико-педагогического заключения и с согласия его родителей. Каждая школа самостоятельно разрабатывает учебный план, в рамках которого будет реализовывать программу подготовки учащихся, учитывая особенности их психофизического развития.

Кроме образовательной деятельности в таких школах ученикам обеспечивают полное медицинское и психологическое сопровождение. В штат школы обязательно входят педиатры, врачи-специалисты, психологи. Они помогают педагогам строить учебно-воспитательный процесс с учетом нарушений в развитии. Дети при необходимости получают медикаментозное лечение, физиопроцедуры, для них организуются занятия лечебной физкультурой, массаж и другие коррекционные и терапевтические мероприятия.

Школы для детей с ограниченными возможностями могут быть как государственными, так и частными. По решению комиссии ребенок может быть переведен в обычную общеобразовательную школу, если в ней созданы все условия для работы с такими малышами. В последние годы большое распространение получила форма инклюзивного образования, когда дети с нарушениями в развитии учатся совместно со здоровыми.

Виды учреждений

Для детей с особенностями развития существуют несколько типов образовательных учреждений.

В зависимости от видов и степени нарушений психофизического здоровья учащегося такие заведения делятся на 8 видов.

Для неслышащих учеников

Здесь педагоги и воспитатели, совместно с врачами-специалистами и психологами занимаются воспитанием, обучением, социализацией и профессиональной подготовкой детей с полным отсутствием слуха.

Главное внимание уделяется формированию навыков логического мышления, развитию вербальной речи, расширению речевой практики.

Много работы проводится для развития и максимально возможного сохранения остаточного слуха. Дети занимаются в школе в течение 12 лет в классах, численностью не более 12 человек.

Слабослышащие и позднооглохшие

Главная задача специалистов, работающих в таких школах, – это преодоление и коррекция последствий, связанных с нарушениями или потерей слуха.

Педагоги должны стимулировать развитие речи, сформировать навыки чтения с губ. В таких школах дети занимаются на двух отделениях.

В первом – имеющие небольшие проблемы, связанные с нарушением слуха, такие как дисграфия и дислексия, фонетико-фонематические отклонения в речи.

На другом отделении занимаются с учащимися, имеющими большими проблемы в развитии речи из-за серьезных нарушений слуха.

В зависимости от степени развития отклонений дети учатся в такой школе от 10 до 12 лет. При успешной коррекции со временем по решению комиссии ребенок может быть переведен в общеобразовательные учреждения.

Незрячие

Здесь учатся дети с полным отсутствием или минимальным остаточным зрением.

Максимальное сохранение остаточного зрения – это то, что ставят своей главной целью сотрудники школы. Обучение построено на тактильно-кинестетическом и слуховом восприятии.

С учениками постоянно контактируют врач-офтальмолог, педиатр и психоневролог. Очень много внимания уделяется тому, чтобы незрячие обучающиеся имели возможность общаться и сотрудничать со зрячими взрослыми и детьми. Это способствует их лучшему развитию и помогает избежать некоторые отклонения.

Обучающие программы здесь соответствуют обычным образовательным школам, но с учетом специфики и особым подходам к физвоспитанию, производственному обучению, черчению и рисованию.

Слабовидящие

В отличие от школ III типа главная задача, которую решают специалисты этого учреждения, – компенсация нарушения зрения и его по возможности его восстановления. Для этого создается специальный щадящий режим.

Успех обучения и коррекции нарушений зависят от созданных условий. В работе используются специальные технические средства, в том числе аудиозаписи, рельефный наглядный материал, особые технические и оптические средства.

Важно соблюдение требований к освещению, индивидуальному режиму, дозирование зрительных нагрузок.

С нарушениями речи

Это специальные центры, которые могут быть созданы при поликлиниках, в которых логопеды помогают детям и взрослым устранить нарушения речи.

К этому же типу относятся и специализированные детские сады и школы.

С тяжелой патологией речи

Если у ребенка тяжелое нарушение развития речи, которое не дает ему возможность учиться в обычном общеобразовательном заведении, то специальная комиссия дает ему направление на обучение в таком учреждении.

Здесь занимаются лечением и исправлением нарушений в устной и письменной речи. В конце каждого учебного года комиссия оценивает состояние ребенка, если наблюдается улучшение состояния, он может быть направлен на обучение в обычное общеобразовательное учреждение.

С нарушениями функций опорно-двигательного аппарата

В этих школах проводится не только образовательная, но и терапевтическая деятельность.

Главная задача, помимо обучения, это максимальное восстановление двигательных функций организма, преодоление нарушений, профессиональная подготовка и социальная реабилитация таких ребят.

Задержка психического развития

Здесь проводится учебно-воспитательная работа с детьми, отстающими в интеллектуальном и психическом развитии.

Кроме того, проводятся лечебно-воспитательные мероприятия, способствующие устранению причин неуспеваемости в школе.

По итогам каждого года принимается решение о дальнейшем обучении ребенка, его возможности вернуться в общеобразовательную школу или направление в специализированное учебное заведение другого типа.

Умственно отсталые

Главная задача специалистов этой школы – подготовка учащихся к обучению в специальной коррекционной школе.

Кроме воспитательной работы проводятся и терапевтические мероприятия. Много внимания уделяется не только освоению школьной программы, но и получению трудовой специальности, подготовке к профессиональной деятельности, самостоятельной жизни и интеграции в общество.

Помимо основных школ 8 типов, есть и специализированные школы-интернаты для слепо-глухо-немых детей, центры для учащихся с аутизмом и синдромом Дауна.

Организация учебного процесса

Однако все они базируются на основных принципах:

  • Обеспечение психологической безопасности ребенка.
  • Помощь в адаптации к условиям окружающего мира.
  • Стремление к сотрудничеству.
  • Заинтересованность в учебном или творческом процессе.

На этом строится работа коррекционных школ по работе с детьми с ограниченными возможностями здоровья. Кроме того, большую роль здесь играет индивидуальный подход к каждому ребенку, создание психологического комфорта. В своей работе специалисты таких учебных заведений применяют специальные методы для активации познавательной деятельности, развития устной, письменной речи, формирования учебных навыков.

Большое внимание уделяется восстановлению и укреплению психического здоровья: проводятся занятия и упражнения по снятию напряжения, развития эмоций.

Распространение таких заведений

Сегодня в нашей стране успешно функционируют несколько форм обучения детей с ограниченными возможностями здоровья и детей-инвалидов.

Это применение так называемого инклюзивного метода обучения, дистанционные школы, позволяющие детям, находящимся на надомном обучении, интегрироваться в общество. Кроме того, существуют и традиционные учебные заведения для обучающихся с ОВЗ. В крупных городах, помимо государственных, работают частные школы.

В Москве функционируют не менее 10 крупных государственных школ и центров для работы с особыми детьми, созданы корректирующие классы в некоторых общеобразовательных школах, активно применяется и внедряется система инклюзивного образования. Около 10 частных учебных заведений и детских садов также предлагают свои образовательные и коррекционные услуги учащимся с нарушением здоровья.

В Санкт-Петербурге и Ленинградской области подобных заведений, как частных так и государственных, насчитывается около 90. В них принимаются дети с различной степенью нарушений дошкольного и школьного возраста.

Созданы подобные образовательные учреждения во всех регионах страны: в Краснодаре, Казани, в Сибири и т.д.

Пример работы одного из таких учебных заведений представлен в следующем видеосюжете:

Виды коррекционных школ для детей с ограниченными возможностями

Если родителям вдруг стало понятно, что их ребенок развивается не как все, а по-особенному, по-своему, или же вердикт вынесенный врачами и другими специалистами указывает на то, что обучение ребенка в общеобразовательной школе невозможно, следует всерьез задуматься о подходящем

Как подобрать подходящую школу

Это достаточно сложная проблема, так как интеллектуальный и психологический уровень, социальная адаптация и дальнейшее трудоустройство таких детей полностью зависит от той среды, в которой они обучаются, от специально подготовленных педагогов и индивидуальных развивающих программ. Основная проблема обучения «особенных» детей состоит в том, что все они разные, совершненно непохожие друг на друга, у каждого свои проблемы со здоровьем и свои странности, для них не существует определенных штампов. Прежде чем определить конечный диагноз, очень хочется посоветовать родителям, обратиться к двум-трем, а то и к десятку специалистов. Такие диагнозы, как глухота и слепота, однозначны, а вот “синдром дефицита внимания” или “детский аутизм”, “гиперактивность” могут стать для ребенка ярлыком на всю жизнь, хотя, на самом деле, может быть банальной причиной избавления общеобразовательной школы от шаловливого ребенка, доставляющего дополнительные хлопоты учителям и воспитателям.

Виды коррекционных школ

Как правило, учебные заведения для детей-инвалидов – это интернаты. Поэтому, выбирая второй дом для своего ребенка, родителям рекомендуется очень внимательно изучить все существующие виды коррекционных школ, и остановиться на максимально подходящей вашему ребенку по специфике заболевания и его индивидуальным особенностям. В настоящее время в официальных документах названия школ не несут диагнозных характеристик, а называются порядковыми номерами. Сегодня все виды коррекционных школ подразделяются на 8 основных типов. Обучением и воспитанием полностью глухих детей, занимаются специализированные коррекционные общеобразовательные школы 1 вида. В школах 2 вида проходят обучение дети-инвалиды по слуху, позднооглохшие или слабослышащие от рождения. Специальное, коррекционное учреждение 3 вида – это школа интернатского типа для детей незрячих, слабовидящие же обучаются в школах 4 вида. Для детей с заиканием и тяжелыми нарушениями речи и следует выбрать школу относящуюся к 5 виду. Школы 6 вида созданы для детей с нарушениями опорно-двигательного аппарата, ДЦП, черепно-мозговыми и спинномозговыми

Как жить дальше
Все виды коррекционных школ обучают своих воспитанников на протяжении 12 лет в условиях интернатского режима, поэтому очень важно при выходе в социум не оставлять ребенка одного наедине с трудностями, задача родителей максимально облегчить процесс адаптации в новом для них мире.

«Школу ребенок не потянет, сделаем инклюзию для себя». Что мешает принять особых детей в обычные классы и группы

На протяжении восьми лет инклюзивное образование пытается встроиться в российскую школу. В инклюзивном классе должно быть не более 20% детей с ОВЗ, большее количество превращает его в спецкласс. Если учесть, что на 2019 год процент детей с инвалидностью составляет примерно 2,5% от общего числа, то в теории инклюзия становится возможной. Но что же на практике?

Безусловно, реформа об инклюзивном образовании полезная и нужная. Ее реализация – это, во-первых, включение детей с ограниченными возможностями в жизнь социума, а стало быть, начало социализации с малых лет. Нормотипичные дети в свою очередь получают навыки общения и гармоничной жизни в новом социуме, развивая терпимость, заботу и психолого-педагогические качества.

По моим наблюдениям, чем больше опыта общения с «особятами» получают обычные дети, тем более стойкими и чувствительными становятся в пубертатном и постпубертатном периоде. В дальнейшем, когда им придется выстраивать взаимоотношения в учебной и рабочей среде, приобретенная гибкость, терпимость и толерантность будут весьма кстати. Обычно в каждой детской группе все роли распределены, и всегда есть тот, кто оказывается слабее других. Когда в такой группе появляется особый ребенок – «слабый» становится сильнее и наравне со всеми заботится о том, кому реально нужна помощь.

Во-вторых, такой подход позволяет родителям увеличить социальные контакты и не замыкаться в сложностях ребенка. Это приводит к лучшему качеству жизни, открывает новые пути самореализации, возвращает человека в полноценную общественную жизнь. В-третьих, это колоссальная экономия бюджетных средств за счет закрытия специализированных школ и детских садов.

И если в инклюзивном образовании столько плюсов, то в чем тогда проблема?

Инклюзия – или инвалидизация общества?

Говоря о сложностях инклюзии, я в первую очередь рассматриваю интеграцию людей с ментальными нарушениями. Идея с инклюзией в целом хорошая, но в том виде, в котором она есть сейчас, ведет к инвалидизации всего общества, а не к реальной интеграции людей с ОВЗ. Не люди с ограниченными возможностями подстраиваются под окружающий мир, а окружающий мир подстраивается под особых людей.

К сожалению, я не видел ни одного учебного заведения, показывающего стопроцентный результат социализации детей с ментальными нарушениями. И даже тридцатипроцентный результат социализации «тяжелых» детей не видел.

Уровень тяжести, о котором я говорю, – это комплекс, куда входит уровень интеллекта, социальная ситуация (окружение ребенка, финансовые возможности семьи, психическая подготовленность родителей), физические и физиологические особенности, вовлеченность в процесс болезни и выздоровления родителей и ближайших родственников.

И здесь на первое место выходит не столько переоборудование школ пандусами, лифтами, дублирование надписей шрифтом Брайля, сколько переобучение и переподготовка педагогического состава. Безусловно, не обойтись и без общественного принятия. Именно принятия, а не выполнения поручений.

Декларируя дружелюбность к детям с особенностями, по факту мы получаем неготовность учебных заведений принимать таких детей.

Педагоги далеко не всегда понимают, как нужно действовать, в итоге рушится образовательный процесс всей группы. Зачастую дети без сложностей в поведении начинают эти сложности проявлять. Еще бы, ведь учителя уделяют гораздо больше внимания более шумным и странным ученикам, а иногда и делают некие послабления… Как результат: уровень знаний падает, а руководство школ старается перевести особенных ребят на домашнее обучение, дабы не портить статистику успеваемости и сохранить стабильность в работе учителей.

Второй важный момент – безопасность учеников как с особенностями, так и нормотипичных. Агрессии в ту или иную сторону более чем достаточно, даже один срыв может привести к серьезным последствиям.

Например, одного из моих воспитанников с особенностями развития выгнали из обычной школы из-за того, что он ударил девочку: та громко кричала на перемене, а он не смог ей объяснить, что нужно вести себя тише, и применил физическую силу. Позже очень сильно переживал, но исправлять ситуацию уже было поздно. Случай агрессивного поведения со стороны мальчика был не первый. В итоге его перевели в коррекционную школу.

Чего хотят родители детей с ментальной инвалидностью

Чего хотят родители особых детей? Того же, что и родители обычных: видеть их здоровыми, счастливыми и самостоятельными. Часть мам понимает, что ребенок никогда не сможет обучаться наравне с другими, потому в ряде случаев сами выступают против инклюзивного образования. Но стараются найти возможность общаться (играть на одной площадке, посещать кружки) с нормотипичными детьми с малых лет, что, по их мнению, приведет к формированию приемлемых социальных паттернов поведения. Как крайность, многие из таких родителей выбирают для своих детей спецшколы, а не инклюзивные классы, хотя ребенок вполне бы мог и потянуть этот вариант.

Другая крайность – «пробивные родители». Такие не находят сложностей ни в себе, ни в существенно ограниченных возможностях ребенка и направляют свою энергию не на адаптацию, а на желание получить все возможное от общества путем войны. Их кредо можно сформулировать примерно так: «Ребенок слаб, потому создайте условия для его нахождения здесь, даже если это вызывает неудобство окружающих, и наберите правильных детей, чтобы играли, не обижали и заботились».

Так или иначе родители особых детей выпадают из полноценной жизни общества. Ведь бóльшую часть времени они вынуждены искать подходящие школы и возить ребенка на дополнительные занятия, где скорректируют поведение и дадут возможность если не пообщаться, то хотя бы посмотреть, как общаются другие дети. Даже в случае с обычной школой родители особых детей все равно должны прикладывать больше усилий, чтобы помочь ребенку с интеграцией. В случае с коррекционной школой – тем более: времени «для себя» вообще не остается.

Из инклюзивных в коррекционные – и обратно

Развивающим и досуговым центрам привлечение детей с ОВЗ бьет по бюджету, а зачастую и по репутации. Ведь показать красиво детей с ментальными особенностями на фото не всегда получается, да и родители часто по старинке воспринимают инклюзивные классы и группы как советские классы коррекции, куда «спихивали» тех, кто послабее. Технологически отточенный для преподавателей и эффективный в плане показателей для родителей результат выстраивать тоже очень сложно. Да и в силу темперамента особые дети часто, как маленькие ураганы, оставляют после себя погром: расписные подоконники, обои, отломанные ручки у шкафов, сожженные инструменты…

Родителям тоже непросто: тяжело слушать жалобы на своего ребенка, легче водить туда, где скажут, что все хорошо и по сравнению с остальными он кусается не так больно, бьет не так сильно, кричит не так громко.

Но особенные дети – это тренд, потому формально они присутствуют практически везде. На практике – в классах и залах – это скорее исключение.

Специализированным центрам перестроиться с «особят» на работу с обычными детьми также непросто. Те немногие центры, которые действительно пытаются работать с ментальными нарушениями именно в инклюзивном плане, со временем начинают испытывать дефицит в нормотипичных детях, что сводит само понятие инклюзии на нет.

С 20% детей с ОВЗ этот показатель постепенно увеличивается до 50, 80%. Как итог, эти развивающие центры закрывают свои двери для особых детей, а те, что не закрывают, начинают испытывать сложности с коррекцией и адаптацией. Так как превращаются в те же самые школы особого вида, где дети с особенностями просто не могут увидеть социального поведения.

Сейчас среди родителей особых детей популярна идея «сами организуем для себя», но процесс обычно выливается опять же в создание коррекционного центра, который дружественно относится к нормотипичным детям. Знаю случаи, когда родители особых детей объединяются в сообщества и организуют по факту коррекционные центры, называя их инклюзивными. На деле в такие центры ходят около 90% особенных и только 10% нормотипичных ребят – как правило, это братья и сестры.

Что нужно для успеха

Для успешной реализации инклюзивного образования школе или центру, принимающим ребенка с ментальными нарушениями, нужно обратить внимание на следующие моменты:

  • Безопасность для себя и окружающих. Одно дело терпимо относиться к особенностям поведения, и совсем другое – находиться в постоянном напряжении: а не случится ли сейчас что-то страшное со мной или моим другом? Повышенная фоновая тревога, как показывает практика, приводит к увеличению индивидуальной агрессии.
  • Сохранный интеллект. Речь идет не о гениальности или одаренности, а о возможности понимания причинно-следственных связей, элементарного обобщения, вычленения доминанты, следования формальной логике.
  • Заинтересованность родителей в адаптации ребенка. К сожалению, часть родителей на деле не слишком в этом заинтересованы. Кто-то от этого получает эмоциональные бонусы, кто-то материальные.

Эти три пункта – не исчерпывающие для принятия решения о приеме или не-приеме ребенка в учебное заведение. Вопрос об инвалидности и направлении в ту или иную школу решают психолого-медико-педагогические комиссии. Однако это три столпа, в зависимости от которых инклюзия возможна или невозможна в принципе.

Для успешной инклюзии – в том виде, в котором она есть, например, в некоторых странах Европы, – изменения должны быть не только в области образования, но и в области административного и уголовного права в отношении общества к людям с ОВЗ и, что очень важно, в отношении людей с ОВЗ к обществу.

Зачастую у ментальных инвалидов есть желание получать права и свободы как здоровому человеку, но в случае проступков нести ответственность как инвалид.

Родители из Испании рассказывают, что, например, если ребенок ударит тьютора в автобусе, то его лишают права ездить на общественном транспорте в течение месяца или вообще лишают посещения школы на это время. В Ирландии, также со слов родителей, особых детей с агрессией могут, по закону, исключить из детского сада, школы «за то, что много кричит и нервничает». В Швейцарии есть специальные тюрьмы для душевнобольных. У нас же размытость закона в этом смысле позволяет в некоторых случаях прикрываться болезнью, когда удобно.

В моем понимании инклюзия должна стать многоуровневой системой, где социализация начинается с раннего детства с оказанием поддержки семье. Этот процесс должен быть гибким и непрерывным, а основной задачей надо сделать развитие коммуникации, а не набор формальных общеобразовательных знаний. Системная подготовка ребенка к самостоятельной жизни в обществе – вот что по-настоящему важно. Это поможет реальной интеграции людей с ОВЗ в социум.

Ссылка на основную публикацию